Рыцарь шестопер. Фёдор Соколовский «Рыцарь Шестопер
Рыцарь Шестопер. Новый дом
(Пока оценок нет)
Название: Рыцарь Шестопер. Новый дом
О книге Фёдор Соколовский «Рыцарь Шестопер. Новый дом»
Ну разве такова стезя рыцаря? И разве такова доля иных людей, попавших в иные тела и в иной мир? Оклеветали, подсадили в тюрьме к уголовникам, стали убивать. Хорошо хоть верный домовой да случайно собравшийся в побег сокамерник помогли выжить и сбежать. Но и дальше вместо рыцарских турниров да поисков возлюбленной дамы – лесная непролазная глушь, грязь, стычки с лесными татями и умертвиями. Наконец, пора бы уже отрыть почти найденные сокровища, но рыцарь Шестопер прячется в глухих пещерах да разгадывает головоломки, оставленные слишком умными предками. Потом, правда, после находки таинственного артефакта, жизнь становится интереснее, но и выжить троекратно сложнее.
На нашем сайте о книгах сайт вы можете скачать бесплатно без регистрации или читать онлайн книгу Фёдор Соколовский «Рыцарь Шестопер. Новый дом» в форматах epub, fb2, txt, rtf, pdf для iPad, iPhone, Android и Kindle. Книга подарит вам массу приятных моментов и истинное удовольствие от чтения. Купить полную версию вы можете у нашего партнера.
Также, у нас вы найдете последние новости из литературного мира, узнаете биографию любимых авторов. Для начинающих писателей имеется отдельный раздел с полезными советами и рекомендациями, интересными статьями, благодаря которым вы сами сможете попробовать свои силы в литературном мастерстве.
Федор Соколовский
РЫЦАРЬ ШЕСТОПЕР
![](https://i1.wp.com/booksonline.com.ua/pic/1/7/8/3/2/0/i_002.jpg)
![](https://i2.wp.com/booksonline.com.ua/pic/1/7/8/3/2/0/i_003.jpg)
Глава первая
ВОДВОРЕНИЕ В АД
Василий Юрьевич Райкалин, сорока шести лет, умер только что. И осознал это со стопроцентной гарантией, потому что видел приближающийся тротуар, падая изломанной куклой с шестнадцатого этажа. После такого не выживают. Да и сам полет показался весьма и весьма болезненным от пронзивших все тело судорог. Затем удар и мрак… Некрасиво умер… И глупо. И стыдно…
Поэтому когда по истечении всего парочки мгновений глаза Райкалина вновь стали открываться, ощущения тела возвращаться и он вдруг судорожно задышал, то долго потом не мог поверить, что судьба ему даровала второй шанс. Точнее говоря, вторую жизнь. Ибо вначале не возникло и капельки сомнений, что он попал прямиком в ад. А какая в аду бывает жизнь? Наверняка жуткая, сразу не просматриваемая за клубами горящей серы и жаром слепящего пламени.
Глаза заливало не только слезами, но и противным, едким потом. Гортань царапало колючими, если не сказать мерзкими, запахами. Внутренности выворачивало наизнанку от подступившей рвоты. Левое бедро пульсировало болью, а из явного пореза теплой струйкой вытекала кровь. И уж совсем шокирующими показались ощущения, что совсем недавно собственное тело испражнилось прямо в штаны. Кстати, один из мерзких запахов этот конфуз внутренних органов подтверждал.
«Откуда штаны взялись? - мелькнуло недоумение. Ведь когда падал - был в чем мать родила!.. И почему кипящей смолы вокруг не чувствую?»
Но самые большие неприятности вместе с болью доставляли впившиеся в руки и ноги грубые веревки. Ну и проходящий за спиной шершавый столб, рвущий кожу на голой спине выступающими сучками.
На фоне этих ощущений звучащие со всех сторон вопли, угрозы, смех и гомон порядочной толпы чертей (или грешников?) как-то вяло доходили до сознания. Тем более что для понимания звучащих слов приходилось перенапрягаться до головной боли. Но слова все равно оставались в своем большинстве непонятны.
Зато весьма четко удалось разобрать две фразы, донесшиеся слева:
Глянь, этот неженка не умер? Головой шевелит…
Умрет такой! Скорей притворился, что потерял сознание после пореза…
С правой стороны тем временем доносились стоны, и чем громче они звучали, тем более бурно реагировала толпа. Не иначе кого-то мучили на потеху скоплениям народа. Если учесть, что вокруг ад, то кто тогда зрители? Неужели все-таки черти?
Василий понимал, что насмотреться на рогатых демонов за тысячелетия своих мучений еще успеет, но промаргиваться стал энергичней. Да и голову поднял настолько, что сумел рассмотреть творящееся перед ним действо.
У его ног грудой громоздились обломки сучьев, вязанки хвороста и деревянные останки нехитрой деревенской утвари времен… ну, допустим, развала Римской империи. Готовый к поджиганию костер располагался в линию. В ней, также в ряд, пять столбов. Умерший только что Райкалин - на столбе посередине. Справа и слева от него еще по два человека. У всех руки подняты вверх, заведены вокруг столба и так связаны. Те, что слева, молодые парни, которым нет и семнадцати, имеют по несколько ран на бедрах, смотрят угрюмо, с полной безнадегой. Разве что просматривается в их взглядах неуместное удивление.
Тех, что справа, уже солидных по возрасту мужчин, мучают изуверским способом, прокалывая копьями ноги.
Занимается мучением стоящая полукругом толпа - этакая помесь пиратов с крестьянами, беглыми дезертирами и затрапезными вояками-кнехтами времен ордена крестоносцев. Человек сто, среди которых пятая часть - вооруженные особи женского пола. О том, что это местные дамы, можно было догадаться лишь по гротескным юбкам длиной по щиколотки да по длинным волосам, чаще заплетенным в косы. В остальном грязные, страшные, противные, как и мужчины.
автор категорияНедаром говорится: «Приходит гол человек в сей мир и уходит так же, ничего с собою не забрав из нажитого добра». Но ведь самое главное остается: знания, опыт да умения. И если высшие силы дают шанс повторного возрождения, память предыдущей жизни бесценна. Вот и наш современник, позорно погибнув у нас, позорно воскрес где-то в ином мире, но осознания собственного «я» не потерял. Это его и спасло от повторного умерщвления. Пришлось изворачиваться в новом мире как уж на сковородке, дабы не пасть от происков злобных колдунов, от острых мечей врагов-недоброжелателей и от ласковых ручек возлюбленной ведьмы.
автор категорияНу разве такова стезя рыцаря? И разве такова доля иных людей, попавших в иные тела и в иной мир? Оклеветали, подсадили в тюрьме к уголовникам, стали убивать. Хорошо хоть верный домовой да случайно собравшийся в побег сокамерник помогли выжить и сбежать. Но и дальше вместо рыцарских турниров да поисков возлюбленной дамы – лесная непролазная глушь, грязь, стычки с лесными татями и умертвиями. Наконец, пора бы уже отрыть почти найденные сокровища, но рыцарь Шестопер прячется в глухих пещерах да разгадывает головоломки, оставленные слишком умными предками. Потом, правда, после находки таинственного артефакта, жизнь становится интереснее, но и выжить троекратно сложнее.
Федор Соколовский
РЫЦАРЬ ШЕСТОПЕР
Глава первая
ВОДВОРЕНИЕ В АД
Василий Юрьевич Райкалин, сорока шести лет, умер только что. И осознал это со стопроцентной гарантией, потому что видел приближающийся тротуар, падая изломанной куклой с шестнадцатого этажа. После такого не выживают. Да и сам полет показался весьма и весьма болезненным от пронзивших все тело судорог. Затем удар и мрак… Некрасиво умер… И глупо. И стыдно…
Поэтому когда по истечении всего парочки мгновений глаза Райкалина вновь стали открываться, ощущения тела возвращаться и он вдруг судорожно задышал, то долго потом не мог поверить, что судьба ему даровала второй шанс. Точнее говоря, вторую жизнь. Ибо вначале не возникло и капельки сомнений, что он попал прямиком в ад. А какая в аду бывает жизнь? Наверняка жуткая, сразу не просматриваемая за клубами горящей серы и жаром слепящего пламени.
Глаза заливало не только слезами, но и противным, едким потом. Гортань царапало колючими, если не сказать мерзкими, запахами. Внутренности выворачивало наизнанку от подступившей рвоты. Левое бедро пульсировало болью, а из явного пореза теплой струйкой вытекала кровь. И уж совсем шокирующими показались ощущения, что совсем недавно собственное тело испражнилось прямо в штаны. Кстати, один из мерзких запахов этот конфуз внутренних органов подтверждал.
«Откуда штаны взялись? - мелькнуло недоумение. Ведь когда падал - был в чем мать родила!.. И почему кипящей смолы вокруг не чувствую?»
Но самые большие неприятности вместе с болью доставляли впившиеся в руки и ноги грубые веревки. Ну и проходящий за спиной шершавый столб, рвущий кожу на голой спине выступающими сучками.
На фоне этих ощущений звучащие со всех сторон вопли, угрозы, смех и гомон порядочной толпы чертей (или грешников?) как-то вяло доходили до сознания. Тем более что для понимания звучащих слов приходилось перенапрягаться до головной боли. Но слова все равно оставались в своем большинстве непонятны.
Зато весьма четко удалось разобрать две фразы, донесшиеся слева:
Глянь, этот неженка не умер? Головой шевелит…
Умрет такой! Скорей притворился, что потерял сознание после пореза…
С правой стороны тем временем доносились стоны, и чем громче они звучали, тем более бурно реагировала толпа. Не иначе кого-то мучили на потеху скоплениям народа. Если учесть, что вокруг ад, то кто тогда зрители? Неужели все-таки черти?
Василий понимал, что насмотреться на рогатых демонов за тысячелетия своих мучений еще успеет, но промаргиваться стал энергичней. Да и голову поднял настолько, что сумел рассмотреть творящееся перед ним действо.
У его ног грудой громоздились обломки сучьев, вязанки хвороста и деревянные останки нехитрой деревенской утвари времен… ну, допустим, развала Римской империи. Готовый к поджиганию костер располагался в линию. В ней, также в ряд, пять столбов. Умерший только что Райкалин - на столбе посередине. Справа и слева от него еще по два человека. У всех руки подняты вверх, заведены вокруг столба и так связаны. Те, что слева, молодые парни, которым нет и семнадцати, имеют по несколько ран на бедрах, смотрят угрюмо, с полной безнадегой. Разве что просматривается в их взглядах неуместное удивление.
Тех, что справа, уже солидных по возрасту мужчин, мучают изуверским способом, прокалывая копьями ноги.
Занимается мучением стоящая полукругом толпа - этакая помесь пиратов с крестьянами, беглыми дезертирами и затрапезными вояками-кнехтами времен ордена крестоносцев. Человек сто, среди которых пятая часть - вооруженные особи женского пола. О том, что это местные дамы, можно было догадаться лишь по гротескным юбкам длиной по щиколотки да по длинным волосам, чаще заплетенным в косы. В остальном грязные, страшные, противные, как и мужчины.
Все людишки в копоти, саже, с разнокалиберным и несуразным оружием, начиная от рыцарских копий и заканчивая колами, вырванными из забора. Детей младше четырнадцати лет не наблюдалось.
Целостность картины дополняли перекошенные избы, полуземлянки и лачуги из самых удачных фильмов про Бабу-ягу. Разве что несколько домов резко выделялись основательностью и просмоленной дранкой на крыше. Между этими, с позволения сказать, жилищами там и сям валялись трупы людей и лошадей. С трех сторон к поселку подступал лес, с четвертой стороны виднелись поля с какими-то овощными и зерновыми культурами. Благодаря тому что был привязан к самому высокому столбу, Василий имел и наилучшую точку для обозрения.
«Сомнительная привилегия… - сыронизировало боевое прошлое, вновь вернувшись к наблюдению за пейзанами. - По центру как раз и сосредоточится самое горячее пламя костра».
Толпа заходилась в восторге, наблюдая за сомнительным развлечением и участвуя в нем. Верховодили же совсем не харизматичные личности в некоем подобии обмундирования, имеющие в руках самое лучшее оружие - рыцарские копья. Они по очереди тыкали то одного пленника, то другого и хохотали громче всех. Стоны страдальцев порой перемежались угрозами из их уст и проклятьями, но это лишь еще больше заводило и веселило публику. Человек десять в толпе бравировали имеющимися у них луками разных модификаций и размеров.
Еще вдоль всего ряда куч хвороста стояло пять человек с большими, ярко горящими факелами. Не возникало сомнений, что, как только забава с копьями подойдет к концу, они тут же синхронно подожгут костер со всех сторон. Тогда и начнется апофеоз праздника, с прыжками через костры.
«Странный какой-то ад, - размышлял Вася, вращая головой во все стороны. - Или это еще только преддверие геенны огненной? Первый круг, так сказать? Место, где грешники издеваются над грешниками?..»
Напрягая попеременно мышцы рук, ног, пресса, а потом и шевеля плечами, понял, что тело его. Накачанное, тренированное, сильное, без недавних переломов, полученных в той жизни, еще перед падением. Причем молодое! Очень молодое, лет двадцати на первый взгляд. Хоть и явно поврежденное синяками, ушибами и порезом на левом бедре. И, что самое неприятное, изгаженное…
Тем временем эйфория толпы достигла пика, и народу захотелось погреться.
Поджигай! - послышались крики. - Прожарьте им пятки! И печень! Вместе с…
Грязные пошлости перемежались новыми взрывами смеха.
Райкалин с некоторым изумлением заметил новых участников событий. Между лачугами, стараясь это делать незаметно для толпы на площади, перебегали фигурки воинов. Похоже, что лучников, с большими, почти в их рост луками. Да и за дальними сараями виднелись быстро перемещающиеся рыцарские шлемы. Не иначе там кто-то приближался верхом.
«Никак первый круг ада плавно переходит сразу во второй? - попытался иронизировать пленник. - Или это у меня такой сон?.. А может, галлюцинация? Скорей всего так и есть… Я ударился о тротуар, мозги растекаются по бетонной плитке, а остатки сознания прокручивают смесь кошмара и какого-то исторического ужастика… Самое здравое рассуждение, иначе и быть не может…»
Оказалось, что появление новых действующих лиц заметил не только он. Окровавленный мученик, висящий справа от Василия, вдруг заорал:
Стойте! Не сжигайте меня! Я покажу вам, где спрятаны сокровища князя Балоша Скорого!
Ух, как проняло толпу! До печенок! Сразу трое, если не четверо, заорали на своих подельников, приказывая молчать, а потом потребовали от страдальца повторить сказанное. Тот повторил, опять ставя обязательным условием, чтобы ему за это даровали жизнь. После чего, без перехода и без дополнительных требований, пленник стал красочно описывать сундуки с золотом и драгоценными камнями, которые находятся в известном ему месте. И не надо было быть хорошим психологом, чтобы понять: рассказчик попросту всеми силами старается оттянуть время своего сожжения. Скорей всего он сразу сообразил, кто спешит к приговоренным на помощь.
С одной стороны, у него все получилось великолепно. Только что ревевшая толпа затаила дыхание и старалась ни слова не пропустить из сказанного. С другой - в этом и крылся небольшой просчет: стало слишком тихо. И все прекрасно расслышали топот приближающейся конницы. Вся сотня с лишним голов повернулась в сторону опасности, и все сто с лишним глоток исторгли крик ярости. Хотя на открытое пространство и выскочило всего-то восемь конных рыцарей в полном рыцарском облачении. Их здоровенные лошади тоже поблескивали броней и кольчужными попонами.
Еще звучал крик ярости, когда из многих уст сорвались самые противоречивые команды, а вышедшие из-за лачуг лучники уже отправили в полет стрелы. Первыми жертвами пали как раз лучники в толпе. Вторыми - факельщики. Следом стали валиться копьеносцы. А там и рыцарская конница широким, расходящимся веером вломилась в несуразный, но смело подавшийся навстречу строй разношерстного пешего воинства.